Принять жизнь № 19

«Се, Раба Господня; да будет Мне по слову твоему.» (Лк. 1:38)

 

«Лишение женщины ее достоинства и свойственного ей призвания губит ее, вызывая у нее агрессию и причиняя ей страдания, ибо женщина интуитивно чувствует, что она не та, кем должна быть. При таком ее уничтожении она уже не в силах сохранить жизнь слабых, беззащитных и невинных.»

Архиепископ Казимир Майданский

 

В этом номере:

 Обзор: рак молочной железы и таблетки

Опустошение аборта

Способствует ли легализация аборта улучшению материнского здоровья?

Изнасилование и кровосмешение

Страничка ЕПС

Патентекс Овал

 

Обзор: рак молочной железы и таблетки

(и вовлеченность русских женщин)

 

За последние 30 лет показатели заболевания раком молочной железы выросли по всему миру, начиная с 1960 г. они особенно возросли более чем на 100% у молодых русских женщин. Два фактора, которые сейчас получают все большее и большее внимание, как возможные факторы риска для развития рака молочной железы, следую­щие: 1) вынужденные аборты, 2) использование гормональных контрацептивов, таких как противозачаточные таблетки, особенно в молодом возрасте. Почему проблема гормональных противозачаточных средств так важна для русских женщин?

До недавнего времени русские женщины очень мало использовали противозаточные таблетки. Если русские женщины начнут подражать западным женщинам, у которых высокий показатель использования оральных кон­трацептивов, они подвергнут себя еще большему риску рака молочной железы в грядущие годы. Оставшаяся часть статьи обсудит почему и до какой степени гормональные контрацептивы такие, как противозачаточные таблетки и Депо-Провера (т.е. вид контрацептива в виде инъекций, который содержит искусственный гормон, называемый прогестин) увеличивают женщинам риск развития рака молочной железы.

Оральный контрацептив обычно является комбинацией синтетического эстрогена и прогестина (т.е. двух ос­новных видов женских гормонов), который женщины принимают 21 день из 28-дневного цикла. Эти гормоны действуют путем подавления, но не устраняют овуляцию, утолщая цервикальную слизь и изменяя контур матки.

В 1972 г. было замечено, что оральные контрацептивные таблетки, содержащие искусственные гормоны мест­ранол и норитинодрел явились причиной метастазирующего рака молочной железы у самки резус-обезьяны. Это было особенно тревожно, т.к. у резус-обезьян очень редко развивается рак молочной железы. Озабоченность возросла, когда было замечено, что и у гончих, и грызунов развился рак молочной железы в результате приема гормонов, содержащихся в сегодняшних ОКТ.

В 1989 г. Андерсон и соавторы опубликовал классическую работу, касающуюся влияния ОКТ на показатель деления клеток молочной железы. Они обнаружили, что нерожавшие женщины, которые принимали ОКТ, имели значительно более высокий показатель деления клеток молочной железы, чем нерожавшие женщины, которые не принимали их. Это было особенно важно, т.к. известно, что в общем, клетки, которые делятся быстрее, более без­защитны к канцерогенам (т.е. агентам, являющимся причиной рака) и, таким образом, более способны стать ра­ковыми.

Скромно посчитано, что женщина, которая принимает оральные противозачаточные таблетки, будет иметь, по крайней мере, один аборт из расчета каждого следующего года, когда она будет продолжать принимать этот кон­трацептив. Вынужденный аборт перед первой полноценной беременностью отмечен как фактор, увеличивающий для женщины риск заболевания раком молочной железы на 50%. Может ли аборт в течение первой недели зача­тия иметь вредный эффект касательно рака молочной железы? Гормональную физиологию ранней беременности трудно измерить, но Стюарт и соавторы показали, что уровни эстрадиола и прогестерона (женских гормонов) на­чинают повышаться над базовой линией уровней в течение четырех дней зачатия, таким образом до имплантации и до начала повышения уровня Человеческого хорионгонадотропного гормона. Ранний аборт является причиной внезапного падения уровней этих гормонов.

В 1981 г. Пайк и соавторы обнаружили, что женщины, которые принимали ОКТ в течение 4 лет до первой полносрочной беременности, имели, по крайней мере, в 2.25 раз повышенный риск развития рака молочной же­лезы в возрасте до 32 лет. Это ошеломило исследовательский мир и привело к дополнительным исследованиям, включая очень большое исследование под названием CASH (Раковое и стероидное гормональное изучение). В 1993 г. CASH показало, что женщины до 44 лет имеют 40% повышенного риска рака молочной железы, что дос­тигает статистической значимости в возрастной группе 34-44 лет.

Позже в Англии Чилверс и соавторы опубликовали результаты другого большого исследования под названием «Национальное исследование Объединенного Королевства». Оно показало, что молодые женщины в возрасте до 36 лет, которые использовали оральные котрацептивы в течение 4 лет до их полносрочной беременности, имели, по крайней мере, 44% повышенного риска заболевания раком молочной железы. Последнее большое исследова­ние, выполненное в 1995 году Бринтоном и соавторами, показало 42% повышенного риска для женщин, котрые использовали ОКТ в течение более чем 6 месяцев до полносрочной беременности.

Четыре крупнейшие исследования женщин в возрасте до 45 лет показывают по крайней мере 40% увеличения первичного относительного риска для женщин, которые принимали ОКТ до первой полносрочной беременности.

Итак, если женщина принимает оральные контрацептивные таблетки до рождения первого ребенка, она подвергает себя 40% повышенного риска развития рака молочной железы в сравнении с женщинами, которые не принимают таблетки. Женщины, которые принимали ОКТ долгий период времени (т.е. 4 года и дольше), особенно, если они начали в раннем возрасте, находятся в группе повышенного риска развития рака молочной железы. Исследование Бринтон показало 210% повышенного риска у молодых женщин (т.е. в возрасте до 35 лет), которые принимали ОКТ более, чем 10 лет, если начали принимать их до 18 лет. Другую группу риска составляют женщины, которые начали принимать их до 25 лет и нерожавшие женщины. Все три категории женщин составляют группу повышенного риска с индивидуальными исследованиями, колеблющимися от 40% до 200% повышенного риска.

Отмечалось, что ОКТ сокращают показатель рака матки и яичников. Между тем, следует отметить, что ОКТ также увеличивают риск рака шейки матки и печени.

Относительно препаратов Норплант и Депо-Провера, Скег и соавторы обобщили данные Всемирной Организации Здравоохранения и Новозеландские исследования, наблюдавшие за женщинами, которые принимают Депо-Провера в течение длительного времени. Он обнаружил, что женщины, которые принимали Депо-ровера от двух до трех лет в возрасте до 25 лет, имели 310% статистически значительного риска заболевания раком молочной железы. Риск долгосрочного использования Норплант молодыми женщинами может быть таким же опасным, как и при использовании Депо-Провера.

Д-р Крис Каленборн

 

Опустошение аборта:

Его влияние на психическое здоровье женщины 

Ванда Пултавска, доктор медицины, психиатр с обширным опытом семейного и супружеского консультирования в Кракове, в Польше. Она также является членом Папского Совета по вопросам семьи в Ватикане.

 

Вступительные замечания. Общая оценка психического влияния аборта трудна, благодаря следующим факторам: огромное количество случаев, которое необходимо изучить, чтобы прийти к статистически убедительным результатам, недостаток систематических медицинских наблюдений за пациентками после аборта, нежелание некоторых женщин признаваться своим врачам в предыдущем аборте, и тот факт, что последствия могут проявиться через много лет после того, как был совершен аборт.

Я постараюсь сделать набросок проблемы психического влияния аборта в свете моей собственной двадцатипятилетней практики в специализированном консультационном центре и с привлечением мировой литературы по этому вопросу.

«Психиатрические» показания к аборту. Не существует настоящих медицинских соматических показаний к аборту (т.е. оправдания на основании телесно/психического здоровья). На симпозиуме в Анджерсе в 1971 году доктор Крер утверждал, что ассистируя около 40000 родов, он знал только один случай, в котором было показание к так называемому терапевтическому аборту (случай туберкулеза, при котором мать умерла через восемь дней после операции). Существует много похожих утверждений акушеров. Так, согласно утверждению, сделанному профессором Гефферманом на конгрессе хирургов в Америке, акушер, который хочет найти какое-либо соматическое показание к аборту, или невежественен, или нечестен, не желая оказать соответствующую заботу своей пациентке.

Убывающее число так называемых соматических показаний сопровождается увеличением числа так называемых психиатрических показаний. Фактически, они всегда просто социальные, или более резко, просто оправдывают аборт. Никакой психоз или невроз не может быть излечен при помощи аборта. Напротив, аборт сам по себе вызывает психические нарушения; а некоторые авторы подчеркивают, что материнство может улучшить умственное здоровье психически больных. Таким образом, беременность и роды нормальны, в то время как аборт явно является глубокой психосоматической травмой.

Психические нарушения до аборта. Многие авторы указывают на частое появление невротических реакций у женщин в течение первых месяцев беременности. Это реакции страха, депрессии и противоречивости. У большинства женщин в этот период противоречивое отношение к ребенку из-за часто тяжелого психологического давления, которое испытывает женщина, - иногда связанное просто с усталостью. Когда женщина чувствует поддержку от своего окружения, само собой следует принятие ребенка. С другой стороны, когда, во время первых месяцев беременности, женщине навязываются негативные реакции и отношение, особенно со стороны отца ребенка, она может почувствовать себя брошенной и раздраженной, и бремя ее состояния может стать невыносимым. В ситуации отчаяния она может решиться на аборт. Но это решение явно не выражение зрелого, осмысленного и разумного намерения. Напротив, это плод отчаяния и покинутости. Фактически, обычно женщина не хочет делать аборт, но принуждается к этому обстоятельствами. По словам доктора Поля Шошара, во Франции женщина вряд ли бы шла на аборт, если бы отец ребенка был готов взять на себя ответственность за мать и ребенка. И поэтому решение об аборте – это невротический симптом.

Беременность – желанная или нежеланная? Беременная женщина советуется с врачом об аборте с двойственным отношением и в состоянии нервного напряжения. Практикующий акушер – как профессор Столворси из Оксфорда – говорит, что никогда нельзя быть уверенным, желанная беременность или нет.

Согласно исследованиям шведского акушера Арена, 95% женщин, решающих сделать аборт, меняют свое решение после разговора с врачом (если врач против аборта; в нашей стране врачи, напротив, уговаривают женщину сделать аборт – прим. пер.) или почувствовав первые движения ребенка. Даже Мария Кольдероне подчеркивает, что это неправда, что от нежеланной беременности появляются нежеланные дети. Эти дети часто самые любимые. Согласно Пазини и Келлерхолсу, которые исследовали 1200 женщин в Женеве в 1972 году, следует различать желание быть беременной, желание вынашивать и рожать, и желание воспитывать ребенка. Многие женщины хотели бы иметь ребенка, но не хотели бы вынашивать. Психологическая ситуация сложная, женщина чувствует беспомощность. В своей депрессии она советуется с врачом, который, вместо того, чтобы вывести ее из состояния депрессии, удаляет ребенка. Это похоже на затягивание петли при самоубийстве.

Чувства давления и беспомощности.  С психиатрической точки зрения, все женщины, которые совершают аборт по социальным причинам, пойманы реакцией страха и депрессии. Усиливающееся давление заставляет их искать облегчения, и аборт кажется единственным способом. Фактически, это инфантильно-истерическая реакция. Николас подчеркивает, что такие женщины не мыслят трезво и сознательно не хотят пережить аборт. В норме, перед операцией пациент желает точно знать, что с ним будут делать. Женщина, решающаяся на аборт, закрывает глаза – она не хочет знать. Она хочет забыть.

Предварительное решение женщины усиливается отношением врача. Современное общество поддерживает это. От нее, так сказать, ожидается, что она сделает аборт. Более того, легализация уничтожила все препятствия, которые могли бы остановить ее. Профессор Грессбергер назвал такое превентивное законодательство защитной оградой, как на обочине дороги. Ее можно пересечь, но вы должны увидеть ее и остановиться. Если ограда исчезает, поток абортов хлещет беспрепятственно, затопляя весь мир.

Психические нарушения после аборта. Все авторы согласны в том, что после аборта возникают некоторые психические нарушения, но обычно такие диагнозы не ставятся точно. Статистические данные настолько различны, что становится ясно, что они не основаны на серьезных исследованиях. В общем, врачи делают некоторые специальные заявления, как, например, доктор Энн Терроу, утверждающая, что она никогда не видела женщины, которая не была бы «психически покалечена» после аборта. Она также описывает некоторые реакции фрустрации у отцов.

Профессор Шмидт из Роттердама говорит об «огромных эмоциональных потерях», также как и чувствах вины и депрессии. В 1962 году шведский врач Экблад исследовал 479 женщин, которые за четыре года до того сделали аборт, и пришел к выводу, что нет ни одной женщины, которая не испытывала бы чувства вины после аборта.

Согласно исследованиям Ван Стрейлена из Калифорнии, более половины женщин, сделавших аборт, нуждаются в психиатрическом лечении. Все исследования подразумевают, что мы должны различать немедленные, вторичные и поздние нарушения. Кажется, что первые более редки, а последние встречаются чаще. Мои собственные исследования показывают, что существуют три взаимосвязанных и характерных симптома, о которых следует упомянуть: а) депрессия и чувства вины, б) агрессия по отношению к себе, к отцу ребенка и ко всему миру, в) длительные личностные нарушения, похожие на те, которые обнаруживаются у пациентов, страдающих заболеванием мозга.

Депрессивный психоз. Некоторые авторы упоминают случаи глубокой депрессии после аборта, побуждающих пациенток к самоубийству. Ван Стрейлен приводит результаты профессора Соиден Иноун, который, изучая японскую статистику, обнаружил, что женщины в возрасте между 20 и 24 годами имеют самое большое число абортов и самоубийств. Кажется, что беременность и роды предотвращают женщину от совершения самоубийства, а аборт только углубляет ее депрессию. Такой депрессивный психоз возникает как сразу после аборта, так и позже, особенно во время менопаузы. Сразу после аборта психоз связан с возникающими нарушениями сознания, но более част депрессивный невроз с чувством вины.

Некоторые пропагандисты аборта связывают эти чувства вины с религиозным образованием. Делсейс связывает их с законодательством, поскольку во многих странах аборт был или по-прежнему запрещен законом. По его словам, нормы создают чувства вины, которых объективно не существует. Однако, это противоречит мировому опыту, особенно опыту Японии, где аборт был узаконен 25 лет назад. Несмотря на то, что большинство японок не католички и что они не знали, что где-то еще в мире законодательство запрещает аборт, тем не менее, среди них присутствует чувство вины после аборта, выражаемое прямыми утверждениями. Доктор Касеки из Японии говорит, что только 8% исследованных женщин не выражали чувства вины; все остальные считали то, что они сделали, злом; 71.3% стыдились и испытывали страх. Насколько часто чувство страха, можно увидеть из того, что в 1974 году буддийский монах из Индии построил «храм детей», в который матери могут приносить останки своих абортированных детей и совершать паломничества выраженного покаянного характера.

Из этих фактов следует, что чувство вины не навязывается извне, что его корни лежат в глубине человечности и материнства, что оно коренится в самом существе человека.

По словам доктора Лидца, его корни глубже, чем религиозные. Ребенок – это глубокая тайна жизни, и женщина глубоко вовлечена в эту тайну реальностью своего материнства, независимо от того, сознательный ее опыт или нет. Чувствительные женщины более глубоко переживают это, чем грубые или поверхностные. Французский философ Жан Гиттон написал: «Мать подготавливает в своем теле существо, которое предопределено от века, и, таким образом, она принимает участие в глубочайшем событии мира. Вот что составляет величие, присущее женщине как матери; и разрушение ее составляющих – это разрушение ее самой.»

Вина. В свете вышеизложенного, можно понять, почему женщина, совершившая аборт, не может избавиться от чувства вины, которое длится до конца ее жизни. (Гарднер описывает случай женщины, которая в течение 40 лет не могла избавиться от чувства вины.) Это чувство обычно связано с потерей чувства собственного достоинства.

Женщина, совершившая аборт, чувствует, что она уничтожила что-то великое, что могло бы стать смыслом и целью ее жизни, и что она пожертвовала этим ради чего-то поверхностного, менее ценного, как материальные блага или легкая жизнь. Доктор Лидц добавляет: «Это закон природы, чьи глубокие корни лежат в человеческом сознании; и поэтому убийство ребенка не может пройти безнаказанно.» Женщины, которые, все же, делают это, страдают годами. Живая память об этом событии опирается на клеймо органической раны. Этот феномен похож на симптомы так называемой «пароксизмальной гиперамнезии», описанной Таргоула, которая возникает у бывших узников концентрационных лагерей как следствие связанного с голодом заболевания. Аборт наносит такой глубокий вред гормональной системе женского организма, что органическое повреждение этой системы нельзя устранить. Более того, чувство вины усиливается будущей судьбой женщины: 1) бесплодие, которое часто является результатом хирургического аборта; 2) последующие аборты; 3) углубление чувства вины, вызванное ими. Муки, испытываемые женщиной в связи с чувством вины, растут и обычно выливаются в агрессию по отношению к мужу, или отцу не рожденного ребенка.

Враждебность по отношению к партнеру. Чувство вины граничит с чувством совершенной ошибки. Женщина чувствует себя несчастной и обвиняет своего партнера как причину этой ошибки. Объективно это правильно, поскольку он играл важную роль как в зачатии, так и в решении об аборте. Иногда он даже заставляет ее сделать это. Бывают случаи, когда женщина решает сама, не уведомляя своего мужа. Но причина обычно в ее страхе его неблагоприятной реакции на ребенка, вызванном предыдущим опытом. Вместо того, чтобы быть великой радостью, беременность становится катастрофой, от которой не убежать, - великой драмой нашего времени.

Епископ Петегген выразил свое убеждение в том, что мужчина более виновен, потому что женское действие продиктовано страхом и отчаянием. Ее чувства меняются сразу после аборта: если раньше она была уверена, что не хотела этого ребенка, то теперь она уверена, что хотела его, и страдает от его отсутствия; и она возлагает на мужчину ответственность за это. Страдания, вызванные потерей ребенка, углубляются, усиливая чувство вины, и следовательно, растет обида на мужчину. Сотни женщин утверждают, что они больше не смогут любить мужчину, который заставил их сделать аборт. Также меняется отношение женщины к сексуальным отношениям. По словам доктора Лидца, после аборта женщина чувствует «ненависть и отвращение» к своему партнеру. Конфликт между ними растет. Обычно, если девушка беременеет до брака и делает аборт под давлением партнера, она с ним расстается. Можно сказать, что с ребенком убивается и любовь. Женщина больше не доверяет мужчине, с которым она не может чувствовать себя в безопасности. Такие же реакции возникают и в браке, которые часто распадаются после этого.

Враждебность по отношению к другим. Женщины также чувствуют агрессию и гнев по отношению к врачу, совершившему операцию, хотя нормальное чувство после терапевтической операции – это благодарность. Мнение профессора Майера в том, что женщина приходит к акушеру, чтобы услышать «нет» аборту, а не чтобы сделать аборт. Он рассказывает о случае, когда женщина потребовала от него сделать ей аборт, а когда он отказал ей, она выскочила из комнаты, сильно хлопнув дверью. Несколько месяцев спустя, к рождению своего ребенка, она вернулась с цветами и словами благодарности, сказав ему, что, в действительности, она хотела услышать его «нет». Другая женщина пришла к своему врачу после аборта и сказала: «Вы, как врач, должны были знать, что потом я пожалею о своем решении.» Она была права, потому что медицина должна учитывать не только действия, но и последствия. Беременная женщина может прийти к акушеру в отчаянии и депрессии. Он должен знать, что аборт – это не подходящий метод лечения. Женщина, которой отказано в аборте акушером и которую убеждают вынашивать ребенка, всегда благодарна мужчине, который спас ее ребенка.

С другой стороны, она чувствует отвращение и протест по отношению к тем, кто посоветовал ей аборт. Это часто ведет к распаду брака. Интересно заметить, что женщины, сделавшие аборт, часто советуют другим женщинам поступить так же. Ход их мысли такой: «Почему это должно случиться только со мной?» Им кажется, что таким образом они смогут лучше перенести свое несчастье, потому что бремя вины кажется легче, когда знаешь, что ты не одна.

Двойственное отношение женщины после аборта также направлено на ее рожденных детей. В Польше женщины часто делают аборт, родив одного или двух детей. После аборта они становятся или агрессивными и нетерпимыми по отношению к детям, или относятся к ним с преувеличенной заботой. На симпозиуме в Гренобле в 1971 году доктор Гедель назвал таких женщин «радиолокационные матери». Они вредят развитию своих детей излишней заботой и присмотром, мешая их взрослению, вызывая личностные нарушения.

Личностные нарушения. Приобретенные качества агрессии, депрессии и инфантильно-истерические реакции возрастают со временем и обычно затрагивают окружение женщины. Действительно, характер женщины изменился: вместо того, чтобы проявлять мягкие черты характера матери, после аборта она становится вздорной, неуравновешенной, грубой и нетерпимой. Ее окружение относится к ней, как к невыносимой. Такое развитие ведет к распаду брака и семьи. Таким образом, здесь мы должны подчеркнуть, что не существует хороших, гармоничных браков, которые открыты для аборта. Люди, которые любят друг друга, никогда не смогут согласиться на это. Изменение характера женщины продолжается. Вместе с абортом что-то определенно уничтожается в самой женщине. Клинические симптомы похожи на симптомы менопаузы, несмотря на юный возраст пациентки. Возможно ли вообще исцеление?

Терапия. Опыт учит нас, что в вышеописанных случаях не могут использоваться ни лекарства, ни психотерапия. Разрушение собственного ребенка в утробе женщины одновременно разрушает глубочайшую суть ее женственности и имеет влияние на ее душу. Медицина сама по себе не может исцелить ее сознание. По словам Ван Стрейлена, исцеления можно достичь только покаянием. Это скорее относится к теологии, чем к медицине. С другой стороны, задача медицины – устранить аборт.

Чтобы устранить зло, которое лежит в корне болезни, мы должны изменить отношение к сексу. Многие авторы (Ван Стрейлен, Гай, Тоулат, Ренду, Шошар и другие) справедливо подчеркивают, что правильный способ борьбы с абортом – это борьба с контрацепцией. Когда не срабатывает контрацепция, прибегают к аборту. Согласно статистике, женщины, использующие контрацептивы, в семь раз чаще делают аборт, чем те, кто не используют их. Поэтому мы должны учить супружеские пары биологическим, естественным методам планирования семьи. Но что еще более важно, это развивать в родителях положительное отношение к ребенку. Уважение к праву каждого ребенка на жизнь должно стать правилом их поведения. Развитие многочисленных организаций, целью которых является защита жизни нерожденных, показывает, что люди начали понимать это.

Вывод.

1.        Ясно, что каждый аборт вызывает у женщины психические нарушения, которые необходимо принимать во внимание.

2.        Никто не должен думать, что женщина действительно не хочет иметь ребенка.

3.        Любой аборт имеет отрицательные последствия как для женщины, так и для ее семьи и всего общества.

4.        Полное исцеление невозможно, так как изменения необратимы.

5.        Профилактика должна включать в себя широкую образовательную деятельность, в которой подчеркивается человеческое достоинство и, особенно, достоинство материнства.

Видимые психопатологические симптомы аборта включают в себя три различных синдрома: депрессия, связанная с чувством вины, агрессивные реакции по отношению к партнеру и окружению и личностные нарушения.

6.        Тенденция прогрессирования этих симптомов показывает, что они имеют органические корни.

7.        Участие врача в спасении ребенка совершенно необходимо и не может отрицаться.

8.        Рекомендуется исследовать отцов абортированных детей, также как и врачей, связанных с абортами. Хотя такие исследования пока не принесли результатов, возможно, они будут полезны в устранении этого зла.

Перевод Кристины Павловой,

“Human Life International”

Господи, Создатель жизни, Ты благословил нас привилегией приносить новую жизнь в мир. Открой наше сердце и разум, для того чтобы мы признали этот Твой особый дар детей и Твою великую любовь к каждому из нас, созданному по Твоему образу и подобию. В Своей любви Ты послал Своего Сына Иисуса искупить нас, и любовью Он вошел в наш мир в виде ребенка в утробе Марии, Его Матери. И ныне мы обращаемся к Марии, взывая о Ее молитвах и ходатайстве о нас, вставших на защиту не рожденных детей от смертоносного решения. Следуя примеру Марии, Матери и Свидетельницы, мы просим о Твоей помощи в возвещении истины нашей веры, чтобы поддерживать тех, кто находится в кризисной ситуации, и защищать самых беззащитных, нежеланных и нелюбимых. Аминь

 

Способствует ли легализация аборта улучшению материнского здоровья?

 Один из самых популярных аргументов защитников аборта в пользу его легализации состоит в том, что «безопасный и законный» аборт способствует улучшению материнского здоровья, главным образом потому, что устраняется опасность так называемых «подпольных» абортов. В поддержку такого заявления они подчеркивают, что после легализации аборта уровень материнской смертности снизился. При этом называются поражающие воображение цифры смертей от нелегальных абортов (хотя разве можно посчитать их?)

Но следует помнить, что настоящие защитники абортов никогда не говорят всю правду. Они говорят полуправду. И в чем же состоит эта полуправда? В том, что, действительно, за последние десятилетия уровень материнской смертности и смертности вообще снизился. Но причем здесь аборты? Разве это заслуга аборционистов в том, что мы имеем такое успешное развитие в медицине, позволяющее спасать людей даже в самых критических ситуациях? Разве люди, занимающиеся разрушением, способны внести какой-то позитивный вклад в науку? Напротив, эти «врачи», идя по пути наименьшего сопротивления и не пытаясь даже применить свои медицинские знания и навыки для помощи женщине, постепенно скатываются на уровень «двоечников» как профессионалы. И именно поэтому даже легализация аборта не может значительно снизить уровень смертности от аборта. Никакого аборциониста нельзя назвать профессионалом, а следовательно, осложнения будут такие же, как и при нелегальных абортах. Чистый кабинет медицинского учреждения сам по себе не поможет сохранить вашу жизнь, если операцию ведет человек, который давно не заглядывал в медицинскую литературу и руки которого разучились делать что-то другое, как только сновать кюреткой в нежном (бедные поэты!) женском теле.

Д-р Бернард Натансон, сам бывший аборционист, говорит: «Фактически, снижение материнской смертности произошло благодаря высокому, если не совершенному, развитию анестезии, разработке новых и более сильных антибиотиков, появлению современного ультразвука, большим успехам лабораторной технологии с более глубоким пониманием закономерностей инфекционного заболевания, усложненным техникам переливания крови и – что наиболее важно – более высокому и стандартизированному уровню подготовки сестер, медицинских студентов и ординаторов акушерства и гинекологии.»

Все эти успехи в акушерстве и гинекологии произошли благодаря усилиям по спасению жизни матери и ребенка, но никак не благодаря уничтожению и разрушению. Но, как это часто бывает, зло никогда не преминет воспользоваться прогрессом и плодами человеческого разума в своих целях. Зло присваивает себе благородные достижения, выдавая их за свои, и прикрываясь благими помыслами, которые, как известно, ведут в ад.

Кристина Павлова

Изнасилование и кровосмешение

 Большинство искусственных абортов совершаются по так называемым социальным показаниям. За этим понятием кроется просто то, что ребенок является нежеланным по той или иной причине. Самые нежеланные из нежеланных, это те, кто зачат в результате изнасилования или кровосмешения. В такой ситуации вся семья переживает сильнейший эмоциональный стресс.

В 1973 году Верховный Суд США принял решение узаконить аборт во всех 50 штатах на протяжении всех 9 месяцев беременности. Разбирался случай женщины, заявлявшей, что она забеременела в результате изнасилования. (Правда, в сентябре 1987 года она призналась, что солгала об изнасиловании.) Получив отказ на аборт по закону штата Техас, она обратилась в Верховный Суд и выиграла дело, получив право на аборт. Но к тому моменту она уже успела родить, и ребенок был отдан на усыновление.

Возможно, кому-то кажется, что многие из женщин, совершающих искусственный аборт, забеременели в результате изнасилования посторонним, другом или родственником. Но это не так.

По статистике, беременность от изнасилования или кровосмешения крайне редка. Несколько исследований за последние десятилетия показали, что беременность в результате изнасилования маловероятна, случается у 0%-2.2% жертв. То же можно сказать и о кровосмешении. Надежные исследования программ реабилитации после кровосмешения заявляют, что беременность происходит не часто (меньше 1%).

Низкий уровень таких беременностей подтверждается некоторыми медицинскими фактами:

-         вероятность зачатия отдельного незащищенного полового акта составляет 2-4%;

-         травма после сексуального вмешательства скорее всего подавляет овуляцию;

-           задокументирована высокая частота сексуальных нарушений у насильников.

Подавляющее большинство абортов ежегодно совершается по социальным и финансовым причинам, а не по причине изнасилования или кровосмешения. Когда наступает беременность, искусственный аборт не должен считаться лучшим и единственным решением для, как кажется, неразрешимой проблемы. Существуют другие альтернативы. Нельзя поспешно принимать решение убить ребенка и причинить вред умственному и физическому здоровью матери. Необходимо проявить сострадание, уважение и любовь к обоим – матери и ее не рожденному ребенку.

 

Страничка ЕПС

 Могут ли женщины иметь овуляцию чаще, чем один раз в течение цикла? 

Эта беседа состоялась на одной из международных конференций по Естественному Планированию Семьи.